Муравей в мифологии

Муравей


У различных экзотических народов «старательное» насекомое является помощником Творца при создании мира. Мифологическое значение муравья (муравьёв) во многом объясняется их биологическими особенностями — малостью, делающей муравья как бы минимальной счётной единицей («квантом»), множественностью, подвижностью, коллективностью, которая проявляется в формах их совместного существования и деятельности, приспособляемостью к среде обитания и т. п.

В мифопоэтических и культурно-исторических традициях с муравьями связываются различные символические значения. Наличие у муравьёв ряда свойств, напоминающих человеческие (в частности, таких, которые приписываются идеальному человеку), позволяет объяснить представления о муравьях как превращённых людях или, наоборот, о том, что люди некогда были муравьями.

Нередко подобные превращения связываются с громовержцем (мирмидоняне, Индра). Мотивы связи земли (или подземного царства) с небом нередко актуализируются в частных мифологемах, иногда достаточно сильно трансформированных [ср., например, миф индейцев карири (чако) о красных муравьях, подточивших дерево, по которому первые люди влезли на небо, или шанский (Индокитай) космогонический миф о создании земли белым муравьём, принёсшим её из первородной бездны], а также в более общем представлении об особом «муравьином» пути, который либо идёт с земли на небо, либо находится на земле (мотив, связываемый и с темой превращения людей в муравьёв) или на небе (иногда он ассоциируется с Млечным путём).

Посредническая функция муравьёв объясняет и их роль как посланцев бога-змеи в ряде западноафриканских традиций или мотив связи муравьёв с миром мёртвых. Связь муравьёв с землёй или даже с нижним миром и одновременно с процветанием и богатством, иногда с основным (или даже единственным) культурным растением данного ареала, дающим и пищу, и опьяняющий напиток, отражена во многих традициях в самых разных формах. В евразийском ареале широко распространён фольклорный мотив 249 (по Аарне) о муравье и кузнечике (сверчке, стрекозе), где речь идёт о своевременной заготовке запасов; этот мотив, получивший обработку в известной басне Эзопа, зафиксирован и в некоторых индейских традициях Северной Америки.

С особой ролью муравья в мифопоэтической теме неба и земли, жизни и смерти соотносится в конечном счёте и его спасительная, в частности целительная, функция (ср. широкое использование муравьёв в народной медицине). Лечебные свойства муравьёв отмечены во многих традициях.

Особые мифологические представления связываются и с муравейником. Муравейник нередко трактуется как символ плодородия. В этой связи заслуживает внимания мотив «Муравей и куча зерна», известный в разных версиях: например, в басне Леонардо да Винчи, сюжет которой восходит к фольклорной традиции, зёрнышко проса просит у муравья снисхождения и обещает вернуться к нему сторицей; довольно широко распространён вариант муравьиной помощи человеку, когда муравьи по зёрнышку переносят всю кучу, выбирают все зёрна из скирды, пересчитывают все зёрна и т. п.; ср. русскую сказку «Василиса Прекрасная» (Афанасьев, No 222) или новогреческую сказку о царском крестнике, в которой действует и Царь-Муравей, помогающий крестнику. Иногда идея плодородия в связи с муравьём и муравейником воплощается не в количественных формах (счётное множество, мотивирующее тождество типа «сколько муравьёв, столько и зёрен»), а в виде указания источников плодородия. Разрушение муравейника во многих традициях символизирует несчастье.

Основные значения: Прилежание, терпение, скромность, предусмотрительность.

Африка В Мали муравьи считаются несущими благотворцами, создателями ремесел строителя и ткача, и с помощью гипнотического колдовства их семья могла принести плодородие; муравьеды, напротив, символизируют вред, ущерб. В Марокко муравьями кормили больных, впавших в летаргический сон, для улучшения обмена веществ. В Западной Африке (в частности, у племени сусу) муравейники иногда рассматриваются как жилище демонов.

Античность У греков — атрибут Цереры. В древнегреческих мифах первые жители острова Эгина назывались Мирмидонес (муравьи), потому что они обрабатывали землю с муравьиным терпением, усердием и прилежанием. Одна фессалийская легенда указывает на начало пахотного земледелия с момента изобретения важных инструментов по обработке земли с помощью нимфы по имени Мирмекс (муравей). Здесь муравьи почитались как священные животные.

Так, мирмидоняне (то есть «муравьиные люди», от греч. murmns, «муравей»), колонизовавшие остров Эгина, ведут своё начало от Мирмидона, сына громовержца Зевса и Эвримедузы, к которой Зевс явился в виде муравья. По другой версии, Зевс по просьбе царя Эгины Эака превращает муравьёв в людей, после того как всё население острова погибло от чумы. Под водительством Ахилла мирмидоняне упорно и ревностно сражаются под Троей.

Северная традиция (в германском фольклоре известен сюжет о муравье, проносящем в темницу шёлковые нитки, из которых плетётся верёвка, с тем чтобы узник мог выбраться на волю).

Славяне Насекомое, символика которого определяется в основном признаком множественности. Муравей наделен и хтонической символикой. Арабский автор ал-Масуди описывает славянского идола в виде старца с посохом, которым тот извлекает из могил останки умерших. Под правой ногой его помещены изображения муравьев, под левой — воронов и других черных птиц. Атрибуты мертвеца в качестве источника, порождающего муравьёв, фигурируют в магическом способе насылания порчи у поляков (волосы с бороды покойника, добытые из могилы, и каменную крошку с надгробия бросают на очаг, чтобы расплодились муравьи). Известны славянам и представления о муравье как облике души.

Роль домашнего покровителя выражена у муравья слабее, чем у многих «гадов» и некоторых домашних насекомых, в основном в виде примет. Так, у русских муравьи в доме — к счастью, у болгар и македонцев — к богатству. Нередко плохим предзнаменованием считалось появление в доме лишь черных муравьёв: черные предвещали смерть, а рыжие — счастье. Появление муравья в доме связывалось у поляков с нарушением запрета есть в Великую пятницу после полудня или после захода солнца освященную в этот день еду. У болгар женщины соблюдают запрет на все виды работ в день св. Афанасия («Черный день», 5.VII), чтобы муравьи и другие насекомые не поели посевов. Муравьям посвящен также день св. Мавры — по созвучию имени этой святой с названием муравья. (болг. «мрава» — муравей).

Характерный для муравья признак множественности по-разному используется в гаданиях и магических действиях, связанных со скотом, в практике рыболовов, в обрядах вызывания дождя, в приметах, толкованиях снов и фольклорных текстах (приговорах, загадках).

Муравьи символически соотносятся со скотом. В польских колядках хозяевам желают столько овец и телушек, сколько в лесу муравьёв. В Болгарии кладут снятую с себя мартеницу под камень и потом проверяют, что под ним: если муравьи, то народится много ягнят. Сербы кладут в муравейник голову печеного рождественского животного, кости зажаренных в Юрьев день ягнят и т. п., чтобы скота расплодилось столько, сколько муравьёв.

Белорусские рыбаки ради обильного улова рыбы окуривают сеть муравейником (множеством муравьёв) при первом выезде на рыбную ловлю, вырезают удочку из дерева, растущего в муравейнике.

В обрядах вызывания дождя копошащиеся муравьи символизируют капли дождя. В Полесье и в Сербии во время засухи разгребают муравейник палкой, произнося заклинания: «Як этые мурашки плувуць, так и дощ пусьць плыве»; «Сколько муравьев, столько и капель». Символика капель проявляется у муравьёв и в русском толковании сна: много муравьёв — к слезам. По-иному признак множественности выступает в другом русском снотолковании: муравьи снятся к богатству. В девичьих гаданиях муравьи символизируют множество сватов. В Сараеве девушка накануне Юрьева дня бросает горсти муравьёв из муравейника на свой дом со словами: «Муравейник на дом, а сваты в дом!» У поляков на основе признака множественности с муравьями символически соотносятся опилки: если плотник, строящий дом, подсыплет туда опилок, в доме разведутся муравьи.

Муравьёв используют для распознавания ведьмы. В Белоруссии в Юрьев день рассыпают муравьиные кучи по улице. Считается, что ведьма через такую улицу пойдет в обход и таким образом можно будет ее определить. На Украине дорогу обливают отваром муравейника, и когда выгонят стадо, корова ведьмы не пойдет по дороге, а встанет, заревет и станет лизать облитое место — так станет известно, кто в селе ведьма.

В народной медицине с помощью муравьёв лечатся от ревматизма, от ударов и ломоты в костях, от лихорадки и бешенства. На Украине и в Белоруссии лечатся муравьиным маслом. Считается, что муравьи «бьют масло» на Ивана Купалу или в ночь на 1 августа, когда оно выходит на поверхность муравейника в виде комка, а с восходом солнца тает. Этим маслом мажут волосы, чтобы они лучше росли, натирают больные руки и ноги, лечат другие недуги и даже верят, что оно приносит счастье.

Вольга русских былин, обладающий даром оборотничества, превращается то в сокола, то в муравья, проникающего через подворотню из рыбьего зуба (трансформированное противопоставление неба и подземного царства, нижнего мира); сходный мотив (превращение в сокола и в муравья) связан в русской сказке «Хрустальная гора» с Иваном-царевичем: обернувшись муравьём, Иван-царевич проникает через маленькую трещину в хрустальную гору и освобождает царевну. Дар превращений герой сказки получает за справедливый делёж павшей лошади, при котором её голову он дал муравью.

В полесских ритуалах вызывания дождя (которые имеют параллели и в южнославянской традиции) дети разрушают муравейник палкой (кием), имитируя болтание палкой в колодце (при этом муравьи соотносятся с брызгами воды по принципу: «сколько муравьев, столько и капель»). Муравейник разгребают и для того, чтобы муравьи принесли хорошую погоду (солнце).

Сибирь У ряда финно-угорских народов известен обряд жертвоприношения лесным духам, совершаемый на муравейниках.

Китай У китайцев муравей — «насекомое-праведник», порядок, добродетель, патриотизм, субординация. В Китае муравей символизировал порядок и неустанную службу. В Китае муравьи символизируют справедливость, праведность (иногда добродетель, патриотизм и эгоизм.

Мезоамерика Ацтеки считали, что чёрные и красные муравьи показали Кецалькоатлю место, где растёт маис.

Северная Америка Полезными считаются муравьи у индейцев зуньи: муравьи уничтожают следы человека и сбивают с толку преследователя (отсюда — особая ритуальная функция т. н. «муравьиного общества» в танцах зуньи).

Напротив, согласно представлениям индейцев пуэбло, за разорение муравейника или обливание его мочой муравьи насылают болезни, которые могут быть вылечены только специальным муравьиным врачом или муравьиным обществом. Представление о муравьях как превращённых людях или, наоборот, о том, что люди некогда были муравьями. Такое поверье отмечено у индейцев хопи; апачи называют индейцев навахо муравьиным народом; в некоторых индейских традициях считается, что женщины, вступившие в связь с белыми людьми, превращаются в красных муравьёв, и т. п.

Австралия и Океания Аранта считают, что укус муравьёв особого вида убивает медицинские способности лекаря. Туземцы Новой Гвинеи верят, что после первой смерти может наступить и вторая смерть, когда душа превращается в муравья.

Индуизм Существует индийский миф, в котором они символизируют ничтожность всего живущего — хрупкость и слабость существования; но они также представляют жизнь, которая выше человеческой (60). Его рассматривалось как нечто излишнее в индуистских и буддийских представлениях; таком образом, он стал символом непрерывной суетливой деятельности тех, кто не осознает мимолетности человеческой жизни. У индусов — преходящий характер бытия. В Индии беготня муравьев взад-вперед, которая наблюдателю кажется бессмысленной, является символом бесцельной земной суеты непросвещенного человечества. Аборигены в Майсуре (Индия) считают муравейники местопребыванием кобры или змеи-нага.

У племени коркус в Центральной Индии известны мифы, в которых Махадео (Шива) создаёт из красной почвы муравейника первую человеческую пару — мужчину и женщину. У другого центральноиндийского племени дхангаров существует представление, что из муравейника произошли первые овца и баран; чтобы устранить ущерб, наносимый этой парой посевам, Шива создал дхангаров. В Индии чёрные муравьи почитаются как священные насекомые. У индуистов и джайнов известен обычай кормления муравьёв в дни, связанные с поминовением души, и т. п.

В «Ригведе» (I 51, 9) есть упоминание об одном из превращений громовержца Индры, который «в образе муравья пробил насыпи стремящегося к небу, уже возросшего, но (всё ещё) растущего». Превратившись в муравья, Индра незаметно вползает на насыпь вражеской крепости. Благодаря хитрости (предельное уменьшение в размерах, тогда как противник стремится увеличить свои размеры) Индра одерживает победу.

Буддизм Белый муравей в буддизме — символ кротости, самоограничения (в некоторых других традициях — образ разрушения).

Библия / Ветхий Завет Его трудолюбие, представленное в Библии как добродетель. «Муравьи — народ не сильный, но летом заготовляют пищу свою»; Притч. 30, 25

Иудаизм, ислам В иудаистической и соответствующей мусульманской легендах зафиксирован мотив муравьёв, учивших царя Соломона мудрости и смирению; в мусульманской традиции муравей — одно из десяти небесных животных.

Христианство Раннехристианский текст «Физиологус» приводит изречение Соломона «Пойди к муравью, ленивец!» (Притч 6:6) и превращает муравья, как и пчелу, в символ прилежания. В нем упоминается также, что у муравьев, несущих зерна, не станут клянчить милостыню их бегущие налегке собратья, они сами отправятся собирать зерна, что обнаруживает их ум. Это выражается и в том, что они надкусывают собранные в муравейнике семена. чтобы предотвратить их прорастание, и в том, что сбор зерен предвещает ураганы (символ умной предусмотрительности). Эта отличительная способность служила примером для человека христианских времен: надо отличать слова Ветхого завета от ею духа, чтобы он не был умерщвлен буквой. Иначе с ними будет так же, как с евреями, которые не узнали Спасителя и поэтому испытывали духовный голод. ещё муравьям приписывается, что они могут отличать друг от друга рожь и ячмень по запаху, но собирают только чистое зерно, а не фураж. «Избегай поэтому и ты, человек, животной пищи и бери зерно, которое отложено для хранения. Потому что ячмень сравним с учением еретика, а хлебные злаки — с последовательной верой в Христа».

Гадания В предсказаниях роль муравьёв двояка: они указывают и благой (у эстонцев), и плохой (у болгар, швейцарцев) исход.

Эмблематика Иди к муравью, о ленивец, и будь мудр. Всем нам не мешало бы обратиться к муравью — этому символу предусмотрительности и трудолюбия, и хотя нельзя сказать, что мы настолько уж ленивы и испорчены, все же найдется ли хоть где-нибудь человек, которому не пошел бы на пользу урок, заключенный в следующих словах: Этот маленький ворчун всегда спешит и весь в трудах. Будучи умеренным в еде, он никогда нс съест всего Из того, что добыл. Но продолжает тащить в дом запасы, Зная, что зима нс за горами. [EMSYI, таб.33-1, с.241] (www.symbolarium.ru)

Пословицы и поговорки

Без пригляду одни только муравьи плодятся.
Более терпеливый к жажде, чем муравей (так как он живет в пустыне, где нет воды и нет водопоев).
В школе учитель наказал, дома мать побила, на улице муравей укусил.
Если повезет, то и муравей задушит змею.
Задумал муравей гору Фудзи передвинуть.
И мольбы муравья долетают до небес.
И муравей может пошатнуть развесистую сосну.
И муравей у себя обладает властью Сулеймана.
И муравьи могут разрушить плотину.
Как муравей, возводит золотую пагоду (о человеке, который понемножку копит добро).
Кружится, словно муравей вокруг сита (о топтании на месте).
Мал муравей, да горы копает.
Муравей в горячем котле.
Муравей мал, а гору копает.
Муравей мал, да горы рыхлит.
Муравей маленький, да гору буравит.
Муравей не по себе ношу тащит, да никто спасиба ему не молвит; а пчела по искорке носит, да Богу и людям угождает.
Муравьи ползут в дом - к дождю.
Муравью на рогах коровы кажется, что он взобрался на высокую гору.
Полетел муравей на небо, да птицы его склевали.
Хвалился муравей, что гору уничтожит, да спину сломал.

Песни

Galinha Pintadinha - Formiguinha (Fui Ao Mercado)

Lemon Demon - Spiral of Ants

ATL - Архитектор

Муравьи
(Осип Мандельштам)

Муравьев не нужно трогать:
Третий день в глуши лесов
Все идут, пройти не могут
Десять тысяч муравьев.

Как носильщик настоящий
С сундуком семьи своей,
Самый черный и блестящий,
Самый сильный -- муравей!

Настоящие вокзалы --
Муравейники в лесу:
В коридоры, двери, залы
Муравьи багаж несут!

Самый сильный, самый стойкий,
Муравей пришел уже
К замечательной постройке
В сорок восемь этажей.

Муравей
(Владимир Догадкин)

I

Муравей, муравей
Не поёт, как соловей.

Не огромен он, как слон.
Не силён, как буйвол, он.

Быстро, как гепард, не мчится,
Не летает он, как птица.

Плыть не может, как дельфин.
Не красивый, как павлин.

Он не зоркий, как орёл,
Как лиса он не хитёр.

Но работник он такой -
Позавидует любой!

II

Вот и сам герой рассказа,
Повстречался нам он сразу.

Всем известный труженик
Мимо шёл нагруженный.

Нёс поклажу муравей
Его втрое тяжелей.

Дружно мы ему: - Привет!
Подмигнул он нам в ответ.

Отдохнул совсем немного
И пошёл своей дорогой.

Нелегко ему, а значит,
Крикнем вслед ему: - Удачи!

Муравей
(Зинаида Александрова)

Муравей нашел былинку,
Много было с ней хлопот.
Как бревно, взвалив на спинку,
Он домой ее несет.

Грузчик – маленького роста.
Муравейник – далеко.
А бревно нести непросто,
Очень даже нелегко.

Он сгибается под ношей,
Он ползет уже с трудом,
Но зато какой хороший
Муравьи возводят дом!

Лепят выходы и входы
Без пилы и топора,
Потайные переходы,
Кладовые для добра.

Под большой, столетней елью
Стройка весело идет.
Здесь работает артелью
Дружный маленький народ.

Если друг бежит навстречу,
Он поймет его без слов –
Ношу взять себе на плечи
У товарища готов.

Вырос дом на новом месте,
Новоселье нынче там.
Хорошо трудиться вместе
Даже малым муравьям!

Муравей и зерно
(Иван Хемницер)

Готовя муравей запас, нашел зерно
Промежду мелкими одно,
Зерно весьма, весьма большое.
Не муравью бы с ним, казалось, совладать,
Да нет, дай муравью зерно большое взять.
«Зерно, — он думает, — такое
Одно на целую мне зиму может стать»,
И потащил зерно большое.
Дорога вверх стены с запасом этим шла:
Ну муравей тащить, трудиться
И вдоль стены с зерном лепиться;
Вдруг тягость всё перемогла
И муравья с стены и с грузом сорвала,
И в сторону зерно, а муравей — в другую.

Не трогая струну людскую,
Мне только муравью хотелось бы сказать,
Чтоб свыше сил не подымать.

Муравьи
(Бартоломео Дотти)

Ты видишь — по земле живые точки,
Как бы живые атомы, снуют,
Согласно, дружно, не поодиночке, —
То здесь они, то там, то снова тут?

Цепочкою ползут — и все в цепочке
По зернышку не без труда влекут,
Чтобы добычу закопать в лесочке
И продолжать неутомимый труд.

Понаблюдай за этой канителью,
Ты, что, алчбою душу распаля,
Богатства копишь потом, чужд веселью.

Так и умрешь, алчбы не утоля,
Ты, сделавший стяжанье главной целью,
Тогда как цель стяжания — земля.

«Сказал цикаде муравей…»
(Жан Экар)

Сказал цикаде муравей:
— Скажи, ленивица, беспечно
Ужели петь ты будешь вечно?
Пойдём. Запас для чёрных дней
Я приберёг трудясь упорно;
С тобой делиться я готов
И так в земле зарою зёрна,
Чтоб не дали они ростков. —

Цикада молвила: — В земле
Когда-то я жила глубоко.
Трудолюбиво, одиноко
Подготовлялась я во мгле,
Следя за зреющим посевом,
К моим ликующим напевам.
Мне ведомо, как дивный сон
В земле струится плодотворен:
Милей твоих засохших зёрен —
Зерно, дающее росток.